Лёнчик и Трабл Намбер Сэвэнтин часто встречались по вечерам у заброшенной водонапорной башни. Конечно же, это была очень странная пара – человек и крылатое инопланетное существо, но их никогда никто не видел. К тому же, им было интересно общаться.
В Трабл Намбер Сэвэнтин было много забавного. Например, она могла без ограничения трескать мухоморы и не чувствовать потом себя некомфортно. Так же она могла поступать с ядовитыми ягодами. Зато, пиво пить она не могла совсем – ей это грозило мучениями и даже смертью, а Лёнчик наоборот употреблял пиво с лёгкостью и большой охотой.
Трабл Намбер Сэвэнтин умела распознавать следы на тропинках, описывая внешний вид их хозяев. Могла рассказать какое событие с участием людей было последним на этой водонапорной башне и какая машина и через какое время проедет по дальней дороге. Но, зато, Лёнчик умел петь песни, а Трабл Намбер Сэвэнтин совершенно не могла пропеть ни одной песни – она или переходила на равномерный писк, или мужик и баба внутри неё начинали задыхаться, надрываться и, мягко говоря, фальшивить. Лёнчик очень хотел научить Трабл Намбер Сэвэнтин петь, потому что тогда б они могли бы петь втроём любимые песни Лёнчика, когда Лёнчик поднаберётся пивом, но попытки обучения с треском проваливались. Научить это существо петь было невозможно.
Ещё одно обстоятельство не нравилось Лёнчику: Трабл Намбер Сэвэнтин не рассказывала ничего о своей планете, о своих соплеменниках и о средствах космического передвижения. Говорила всегда одно и то же: «это неважно», «это не имеет значения», «да, давно», «да, изучаем», «да, надолго». Всё это очень расстраивало Лёнчика, ведь он так надеялся узнать как можно больше о неземных цивилизациях, а потом, если получится, написать про них книгу. Однако Лёнчик не терял надежды когда-нибудь что-нибудь выведать.
- Чего от тебя черепахами несёт постоянно? – спрашивал Лёнчика Лёва, когда Лёнчик возвращался домой после очередной прогулки. – Где ты шляешься-то?
- В живом уголке подрабатываю, - отбрёхивался от брата Лёнчик.
Лёву настораживало поведение младшего братца, но Лёве было лень вникать в подробности, к тому же у Лёвы всё шло к получению корочек АСС, а это отнимает много сил и времени.
- Ну, вот, - растянувшись однажды вечером в кресле и закурив трубку, сказал папа Ларин. – Через недельку ты, Лёвушка, уже будешь спецом!
- Дааа, - расплываясь в улыбке, подтвердил Лёва.
- Но, корочки – это ещё не всё! – важно произнёс папа Ларин.
- А что же «всё»? – удивился Лёва.
- Мастерство! Вот что важно! Практика! Поэтому я дам тебе своё личное задание и от того, как ты с ним справишься, я буду судить - состоялся ты как специалист или не состоялся.
- Опять младенца нашего нянчить? – недовольно поморщившись, спросил Лёва.
- Нет. Лёнчик Номер Четырнадцать стал теперь мальчиком разумным и здравомыслящим, за что тебе большое спасибо. А задание я тебе придумал такое: ты через два дня должен будешь принести мне водительские права Максима Максимыча Максименко!
- Зачем они тебе?
- Чтобы я смог убедиться, что ты что-то действительно можешь, - важно ответил папа Ларин. – Конечно, АСС и не такое может, и я не сомневаюсь, что ты настоящий АСС, но – уважь старика! – выполни это лёгкое шуточное задание от папы. Мы потом пришлём Максимычу эти права по почте с открыткой, вот будет приятность!
- Как скажешь, батя, - вяло согласился Лёва.
- Но! выполнять ты должен будешь всё по настоящему! И имей в виду: влипнешь – твоя вина! – и вызволять тебя не буду и мнение о тебе составлю! Давай, сынка. Два дня тебе. Удачи!
Лёва почесал в затылке, встал с дивана и недовольно поплёлся к себе в комнату – разрабатывать план действий.
Лёнчик, разумеется, подслушивал этот разговор, сидя у себя в комнате, и Лёнчику стало не по себе. Он живо представил себе, как Лёву заметут мужики в камуфляже, как примут его за клона Лёнчика, потому что сходство между братьями не вызывает никаких сомнений в клонировании, как подумают все эти «люди в чёрном», что это какой-то заговор белобрысых клонов… И ликвидируют Лёвушку немедленно, чтобы наверняка! А потом пошлют своих агентов уничтожать базу этих злодейских клонов и, пожалуй, тогда Максим Максимович уже возьмёт да и посодействует своим боссам в поисках. Ситуация складывалась очень неприятная. Надо было как-то дать понять папе Ларину, чтобы он отменил своё задание!
«Это бесполезно!» - тут же понял Лёнчик. Надо было придумывать что-нибудь другое.
И хотя был ещё не вечер встречи с Трабл Намбер Сэвэнтин, Лёнчик побежал к заброшенной водонапорной башне, забрался на самый её верх, рискуя перемазаться в птичьем помёте с ног до головы, и начал «излучать тревогу», как учила его Трабл: сильно-пресильно и тревожно-претревожно.
Через полчаса Лёнчик услышал позади себя знакомый до восторга писк.
- Ты услышала!!! – восхитился Лёнчик.
- Ещё бы! – недовольно буркнули мужик и баба. – Я чуть не оглохла! Зачем так кричать?
- У меня обстоятельства, Трабла, - заверил Лёнчик. – Если бы не они, я б не стал! Объяснять надо или ты в курсе?
- Я в курсе, - сообщили мужик и баба. – Это не обстоятельства. Это глупость. Очередная человеческая глупость. Чем я могу тебе помочь?
- Глупость-то глупость, но она уже в обороте! Блин, я должен что-то срочняком сделать. Не знаю, чем ты мне поможешь, но без тебя мне точняк не обойтись! Ты ведь поможешь мне, Трабла? Ага?
- Хорошо, - согласилась Трабл Намбер Сэвэнтин. – Хотя бы петь не просишь.
- Ого! – обрадовался Лёнчик. – Ты шутишь? Трабла! Ты шутки шутишь!!! Ты небезнадёжна! Эге-гей!
Трабл Намбер Сэвэнтин уставилась на Лёнчика своими огромными жёлтыми глазами, Лёнчика покоробило.
- Так как? – передёрнув плечами, спросил Лёнчик.
- Я же сказала, я помогу тебе. Тем более что ты только что спас мне жизнь.
- Эт как? – удивился Лёнчик.
- В моём бараке только что обвалилась балка, на которой я отдыхала до того, как ты меня сюда позвал. Если бы я не была сейчас здесь с тобой, то меня бы убило этой балкой.
- Упс… Ты ж разве не чувствуешь сама таких штук?
- Почти что не чувствую. Что касается окружающих – всегда чувствую или точно знаю, относительно себя – только смутная тревога или пугающая пустота.
- На фига тогда вообще интуичить так не слабо, если себя даже не спасти! Бредятина полнейшая!
- Глупый вопрос.
- Ну и хрен с ним. Не вопрос и был. Даа…
- Я принесу тебе завтра вечером права Максима Максимовича, - без переходов и пауз, сообщила Трабл Намбер Сэвэнтин.
Лёнчик уже привык к такой манере общения – инопланетное существо никогда не делало глубокомысленных пауз, и не петляла сложными переходами тем.
- Здорово, конечно, - без воодушевления ответил Лёнчик. – Знать бы, что с ними дальше делать…
- Отдай их брату. Они же ему нужны.
- Тут не всё так просто.
- Не понимаю тебя.
- Тут нужна заковырка. Блин, как бы тебе это… Ну, в общем, он должен сам их с трудом добыть, иначе не проканает…
Трабл Намбер Сэвэнтин посмотрела на Лёнчика такими глазами, что Лёнчик почувствовал себя невероятным дураком.
- Ладно, - махнул рукой Лёнчик. – Эту дурь мне тебе не объяснить. Хотя, ты ж наверняка не первый год на Земле, могла бы уже врубаться в тонкости!
- Я появилась на свет на Земле, - с грустью сообщили мужик и баба изнутри Трабл Намбер Сэвэнтин.
- Вот видишь! – обрадовался Лёнчик. – Должна была очеловечиться максимально!
- Я больше всех остальных понимаю природу человеческую, - не без гордости заявили голоса. - Поэтому скоро стану главным консультантом.
- Тож мне – консультант, – усмехнулся Лёнчик. – Такого простого понятия, как «понты» не разумеешь!
- Ты хамишь, - провыли вдруг мужик и баба. – Это я понимаю. И мне это неинтересно.
- Не хамлю, - ответил Лёнчик. – Так… Залупаюсь слегка. Не обижайся. В общем, приноси завтра права, остальное я сам обмозгую.
- Хорошо. До завтра.
И, снова без лишних эмоций и слов, Трабл Намбер Сэвэнтин исчезла. Лёнчик поплёлся домой, обдумывая по дороге стратегию, и составляя из колючек репейника фигурку Максима Максимовича Максименко.
- Лёв, ты спишь? – толкнул Лёнчик спящего брата в бок.
- Пошёл к чёрту! – пробубнило одеяло брата голосом сонного брата.
- Лёв, проснись. У меня к тебе очень важный разговор.
- Что опять? – спросила высунувшаяся из-под одеяла голова брата голосом недовольного брата.
- Ты только сразу не ори, а выслушай меня, окей?
- Давай уже ближе к вопросу, - зевая, сказал сам брат.
- В общем, так… Мне очень нужны твои кроссовки, Лёвка! Так нужны, что заворот кишок вот-вот случится!
- Какие кроссовки? - снова зевнув, спросил Лёва.
- Те самые! – выпалил Лёнчик. – ТВОИ КРОССОВКИ!
- Не понял! – появившись верхней частью туловища из-под одеяла, рявкнул Лёва. – Мои кроссовки? С автографом Родмана?
- Ну да, - подтвердил Лёнчик. – Твои кроссовки. С черкашом дорогого Дэниса.
- Опух совсем?!?
- Лёвка, мне очень-очень надо! Поверь!
- Да ты больной, брат!… Невероятная болезнь!… Не-не-не! Иди отсюда! Как бы мне не подцепить от тебя мозговой лишай!
- Лёвка, блин, ну я ж их всё равно тисну. Ну, пойми ты: вопрос жизни и смерти!
- Вот: смерти – это ты в самую точку! На кой они тебе так нужны? Бабу покорять?
- Ну! Лёвка, ну ты ж должен понять!
- И мыслить забудь! Я ещё ни одной не встречал бабы, чтоб ради неё похабить такие чеботы! А встречал я их достаточно! А чтоб мой младший родственник-придурок ради какой-то соплячки прыщавой напотел в чудо-боты и поцарапал их асфальтом, так это вообще апокалипсис какой-то! Всё, иди, а то влеплю ещё, чего доброго.
- Лёвка, ну будь ты реальным кренделем! Я буду в них осторожен, как ангел! Хочешь, я сделаю для тебя что-нибудь? Что-нибудь такое, что тебе совсем в падлу, но очень надо сделать!
- Например?
- О! Ты уже не говнишься! – обрадовался Лёнчик.
- Не, мне просто интересно узнать, что ты можешь для меня такое сделать, чтоб я разрешил тебе нацепить ЭТИ кроссовки. Офигеть как интересно! Луна с неба мне, вроде как, не требуется.
- Как насчёт прав Максима Максимовича? – хитро улыбнувшись, спросил Лёнчик, потом достал из рюкзачка репейниковое чучелко Максима Максимовича и погрозил этим чучелком Лёве. – Уууу… Ась?
- Шпиён, блин! – не сдержав улыбку, сказал Лёва. - Отвали. Сам справлюсь.
- Тебе ж в лом! И некогда! И экзамены выпускные! Смотри, как здорово всё получается: ты даёшь мне кроссовочки, я в них всего-то пару часиков легонько летаю и возвращаю тебе их в целости и сохранности! Потом я, испытывая чувство неземной благодарности, приношу тебе эти дурацкие права и мы в расчёте! Мне классно, а ты спокойно, не напрягаясь, сдаёшь свои экзамены и нормы, получаешь корочки и радуешь отца! Ага? Лёвчик?
- Давай-ка лучше так: ты приносишь мне эти права, а я не бью за это тебе больно в челюсть. Ага?
- Как хочешь, - вставая с кровати, ответил Лёнчик. – Я их всё равно возьму. Могла бы получиться обоюдная польза.
- Не найдёшь, придурок!
- Посмотрим, - зевнув, сказал Лёнчик.
Утром следующего дня Лёва сам пришёл в комнату младшего брата.
- Ну-ка пошли, хорь, прогуляемся по свежему воздуху! – скомандовал Лёва. – Конспиративный базар побазарим.
На прогулке Лёва сообщил Лёнчику конспиративно, что хорошенько подумал за ночь и нашёл предложение братца не таким уж абсурдным. Ведь ему, Лёве, действительно очень некстати заниматься такой ерундой, как добывание чьих-то прав. Поэтому Лёва даст ровно на два часа своему тупому младшему братцу драгоценные кроссовки, но только после того, как права Максима Максимовича Максименко окажутся у Лёвы в кармане. Лёнчик со своей стороны заверил брата, что права будут у него в кармане всенепременно, и что кроссовки по возвращению будут как ненадёванные, и что благодарность Лёнчика брату не будет иметь никаких границ.
Сделка была подкреплена рукопожатием.
Вечером этого же дня Трабл Намбер Сэвэнтин принесла Лёнчику пухлый бумажник Максима Максимовича Максименко, в котором обнаружилось немного наличности, пять пластиковых карт различных банков, и девять карточек водительских прав. Все водительские права были с разными именами и разными личными данными, но с фотографией одного и того же Максима Максимовича Максименко.
- Супер! – радовался Лёнчик, разглядывая права. – Феликс Дзержинский! Во фантазия у Максимыча! Вот это тоже стильно: Иероним Вандерхуй!… Отличный всё-таки дядька Максим Максимыч! Зря мы его так опускаем.
- Я могу отнести обратно этот кошелёк, - сообщила Трабл Намбер Сэвэнтин, без нотки иронии, сарказма или подвоха.
- Нет, ну что ты! – веселясь, ответил Лёнчик. – Как можно?! Чтоб никто не узнал про Иеронима Вандерхуя? Такого нельзя допустить!… Трудно было достать?
- Нет. Очень легко.
- Ну и слава богу. Значит, ни одно живое существо во время проведения операции не пострадало! И не пострадает! Ай да мы! За это надо глотнуть пивасика!
- Не обязательно.
- Не боись, подруга! Петь сегодня не будем! Просто пиво пить, трава валяться! Хочешь, я тебя сочнейшим мухомором угощу?
Трабл Намбер Сэвэнтин, как обычно, уставилась на Лёнчика своим фирменным взглядом инопланетного тугодума, но на этот раз Лёнчику было слишком весело и хорошо на душе, чтобы передёргиваться туловищем и чувствовать себя не в своей тарелке.