Не нужно забывать, что Бронислав был недавно из армии и поэтому не мог очень сильно расстраиваться по поводу случившегося. Он лёг на скамейку и поджал к себе ноги.
Хотя, испугался Бронислав достаточно сильно, поэтому, прежде чем заснуть, он ещё некоторое время лежал с открытыми глазами и смотрел на зелёную стену.
Разбудила Бронислава дежурная медсестра. Она строго велела Брониславу подняться, затем отвела в душевую, где Бронислав с удовольствием помылся. Потом медсестра выдала Брониславу специальный зелёный костюм, показала, где находятся служебные помещения, где лежит инвентарь, и отвела Бронислава на второй этаж, указав, где и как Брониславу следует отныне убираться.
Услышав где-то в конце коридора крик, дежурная медсестра сказала Брониславу: «Так, подожди меня здесь пока!» и убежала. Бронислав остался один в небольшом холле. Он уселся на зелёный обшарпанный диван и задумался о своей незавидной участи.
«Сто часов – это сколько вообще-то?» - думал Бронислав.
А пока думал, снова задремал.
Когда Бронислав открыл глаза, медсестры всё ещё не было. Но вокруг него собрались обитатели второго этажа психиатрической лечебницы, то есть «не буйные», - среди персонала - «милашки».
Пузатый черноволосый мужичок, похожий на головастика, желтолицый парень с водянистыми глазками, женщина – пиявка, которая всегда должна была за кого-то держаться, дедушка – личинка, который думал, что по ночам съедает всех своих знакомых и себя самого, и, наконец, самые мелкие и неинтересные инфузории с постоянной сменой мыслей и желаний.
Все они с любопытством разглядывали Бронислава.
Мужичок – головастик с удовольствием тыкал Бронислава в темечко. А женщина – пиявка тут же уселась рядом с Брониславом и вцепилась в его руку мёртвой хваткой. Желтолицый парень, не отрываясь, смотрел на Бронислава своими водянистыми глазками. Остальные мелкие инфузории чего-то все шевелились, шевелили губами, перешёптывались, и время от времени дотрагивались до Бронислава.
Бронислава коробило и мутило. Наконец всё это ему надоело, он зашипел на толпу и прикрикнул:
- Отвалите вы! Я вам не дохлая кошка!
Обитатели второго этажа шарахнулись кто куда. Только женщина-пиявка осталась сидеть рядом с Брониславом, вцепившись в его руку.
- Ну а ты чего? – спросил у женщины-пиявки Бронислав. – Не страшно, что ли?
- Я не могу, - ответила женщина-пиявка. – Пока не насосусь – не оторваться.
- Это новенький, - снова подойдя поближе, сказал мужичок-головастик.
- Да, это новенький, - подтвердила бабуля, очень похожая на жабу. – Это мой внук. Он давно обещал, что будет за мной тут присматривать.
- Он не похож на тебя, - заметил мужичок-головастик.
- Он похож на моего мужа, - ответила бабуля. – Вылитый капитан дальнего плавания!
- Твой муж был трактористом, - сообщил бабуле мужичок-головастик.
- А я что говорю?! Вылитый капитан дальнего плавания!
Обитатели психушки, как известно, очень своеобразны. Но напрасно думать, что у них нет чувств и сердца. Когда Бронислав, мелко стуча зубами от отвратительности своего положения, начал наливаться нездоровым румянцем, обитатели второго этажа психиатрической лечебницы один за другим сорвались по своим помещеньицам.
А оттуда они принесли Брониславу всякой всячины - кто что мог. Кто воронье пёрышко. Кто старую мыльницу. Кто рачью лапку. Дед-личинка принёс целый пакетик печенья.
Положив все эти отличные вещи перед Брониславом, обитатели второго этажа опять столпились вокруг Бронислава и уставились на него, теперь уже с большой радостью.
- Сейчас меня стошнит, - сообщил собравшимся Бронислав.
- Тебе же здесь и убирать, - сообщил Брониславу желтолицый парень с водянистыми глазками.
В это время неподалёку открылась со скрипом одна из зелёных дверей и оттуда показалась старушечья маленькая голова на длинной морщинистой шее. Следом из двери выползло старушечье существо, всё в цветочек и рюшечку, и, нацепив огромные очки на свой черепаший нос, существо двинулось к собравшимся. Все обитатели второго этажа почтенно расступились. Мужичок-головастик придвинул к дивану Бронислава такое же зелёное обшарпанное кресло и почтительно предложил его цветочно-кружевной старушенции.
Чувствовалось, что все обитатели второго этажа психиатрической лечебницы благоговеют перед старушенцией. Но, на самом деле, это была никому не страшная бабуся, просто очень давно здесь живущая, - Тамара Тимуровна Тамерланова. Единственное, что было в Тамаре Тимуровне страшноватого – это её огромные подслеповатые глаза со странным их выражением.
- Ах ты, безмозглый, непутёвый мальчишка с глупостями в деревянной башке! – сказала Тамара Тимуровна, устроившись в кресле. – Нет, чтобы в школу прилежно ходить да наукам обучаться! Занесло тебя к нам! Откашивать каждый горазд, а ты попробовал бы уму-разуму поднабраться!
- Тамара Тимуровна… - зашептал кто-то…
- Тихо! – скомандовала кому-то Тамара Тимуровна. – Что скажешь, тупоголовый, в своё оправдание? Сидел за партой – о девицах думал? Теперь служить надобно, а неохота?
- Здрасьте-приехали! – возмутился Бронислав. – Я, бабусенька, два года отдал родине: от сих до сих! Недели две только, как вернулся. Так что, нечего тут мне батон крошить.
- И ни о чём не жалеешь? – спросила старушенция, строго вглядываясь в лицо Бронислава.
- Нет, не жалею, - ответил Бронислав. – Хотя, не. Жалею. Деньги у меня в участке стырили. Пятьсот баксов! А мне надо Карлу Ивановичу балалайку купить. Вот это жалко очень.
- Ах ты, безмозглый доверчивый дуралей! – сказала Тамара Тимуровна. – Как же ты позволил каким-то засранцам в участке воровать свои собственные деньги?!? Дурья твоя башка! Мыслишки твои примитивные!
- Не надо, бабуленция, тока ругаться! – проворчал Бронислав. – Без Вас тошно. Чего я б сделал-то в участке? Драку бы затеял? Или в суд подал бы на дежурного мента?
- Не стони! – приказала Тамара Тимуровна. – Сам обделался. Никто тебе не виноват. Следить надо за своими вещами!
- Может, Вы ещё знаете, как мне помочь? – с сарказмом спросил Бронислав.
- Помочь…
Старушенция надолго задумалась.
- Однажды я вот так же помогла одному человеку, а он потом из моей двоюродной бабушки по отцовской линии сварил суп, а у дедушки украл трофейные грабли, из отличной германской стали, - задумчиво сказала Тамара Тимуровна. – С тех пор я живу здесь. И никому не помогаю. Но… - старушенция пошамкала губами. - Что ж, посиди тут, жалкий человечишко, а я пойду - поползаю по своей келье, - может быть, придумаю что-нибудь для тебя.
Она втянула свою маленькую голову в шею, поднялась с кресла при помощи нескольких обитателей второго этажа, и уползла к себе в комнату.
Как только старушенция исчезла из виду, желтолицый парень с водянистыми глазками прошептал Брониславу:
- Тамара Тимуровна хранитель великой тайны!
Прошло несколько дней, прежде чем Бронислав снова увидел Тамару Тимуровну в холле второго этажа. К тому времени, он уже привык и к ежедневным уборкам помещений, и свыкся со странностями обитателей второго этажа, а с некоторыми даже завёл неплохие товарищеские отношения.
И вот однажды, когда Бронислав присел отдохнуть на диване, а все обитатели второго этажа, как обычно, столпились вокруг него, снова открылась скрипучая зелёная дверь и из двери показалась маленькая очкастая головка на морщинистой шее.
- Здравствуй, безмозглый дуралей! – сказала Тамара Тимуровна, усевшись в кресло. – Всё ещё хнычешь по поводу своих украденных денежек? Тупая деревянная башка. На вот тебе! Держи!
- Что это? – удивился Бронислав, получив из рук старушенции небольшой свёрток.
- Это отличный топорик! – гордо ответила Тамара Тимуровна. – Этим топориком когда-то тюкнули мою двоюродную бабушку по материнской линии. И сварили из неё суп. А у дедушки тогда увели его отличные трофейные грабли. Если бы ты знал, безмозглая букашка, как я хранила все эти годы этот отличный топорик! И каких трудов мне стоит прятать его здесь от персонала! Этот топорик самая ценная вещь на свете и любой бы отдал за него целое состояние, а то и жизнь. Я дарю его тебе. Храни его, безмозглый дуралей. Он принесёт тебе счастье! Но помни: если ты утеряешь этот отличный топорик, то тебя будут всю жизнь преследовать несчастья – до самой мучительной смерти!
Тамара Тимуровна вздохнула и замолчала, задумавшись. В уголках губ у неё надулись небольшие пузыри из слюней.
- Вот спасиба, так спасиба, - ответил Бронислав. – Подогнали презентик.
У Бронислава от торжественности момента и от негодования сильно забилось сердце, и повлажнели глаза. Он сразу забыл все свои предыдущие несчастья и мысленно прогнал в голове новые напасти. Но вернуть злосчастный амулет старушке он не рискнул, а запихнул свёрток за пазуху и ещё раз вежливо старушку поблагодарил. А также поблагодарил всех присутствующих и, взяв своё ведро, бросил в него с досадой тряпку. Когда он с ведром и шваброй ушёл в дальний конец коридора, все собравшиеся в холле заухали ему:
- Бронислав, не потеряй топорик!