Как мы уже и говорили, завоевание города N досталось Юре очень и очень легко. Мэр и его работники были в позитивном шоке и пророчили Юре большое будущее. А жители города долго ещё пересказывали друг другу увиденное на площади, не скрывая своих бурных эмоций. Местные же мальчишки очень часто стали играть в такие вот игры: «А ты как будто ползёшь, такой, с гранатой в зубах! А я, такой, как будто увидел тебя и – тра-та-та-та-та из пулемёта! А ты как будто, такой, встаёшь, чтобы кинуть гранату, а потом – бац! - и падаешь, такой – как будто тебя насквозь изрешетило! Клёва?!»
Считай, государственный переворот в масштабе одного города свершился: Юра - теперь не просто теневые силы города, Юра теперь общепризнанный вождь, товарищ и брат каждому жителю – Товарищ Главнокомандующий, одним словом!
Отныне надо было завоёвывать обширные пространства и захватывать столицу Юриной родины.
Решено было проехать с гастролями по стране с конечным пунктом с Рубиновске. Посмотреть - как будет реагировать новая публика на Армию Дуболомов, а заодно, конечно же, похвастаться и покрасоваться перед гигантскими массами сограждан своей формой и своим могуществом, и если всё пойдёт удачно, а пойдёт всё удачно – в этом сомнений не было, то: «Рубиновск – наш!»
Намучился в дни сборов товарищ Припарщик. Столько надо было всего организовать, стольких обзвонить, со столькими договариваться, стольким обещать денег, коньяка, волшебной травы, банных девок и прочего и прочего, что, похоже, товарищу Припарщику ни фига уже не хотелось в столицу и новых завоеваний тоже не хотелось.
Наконец сборы были закончены, и Армия Дуболомов отправилась в путь. На собственном, между прочим, железнодорожном транспортном средстве в несколько вагонов. Один из которых был вагоном Товарища Главнокомандующего и Дребездуна, второй был вагоном Супруги Товарища Главнокомандующего, третий был вагоном Товарища Припарщика (хоть что-то себе-то оторвать надо), четвёртый – вагоном – рестораном, куда ходили исключительно Товарищ Главнокомандующий и его Супруга, пятый – вагоном с военным арсеналом и обмундированием, а остальные семь вагонов делили между собой солдаты Армии Дуболомов, которым три раза в день приносили перловку с тушенкой и компот.
Солдаты Армии Дуболомов, наверное, подняли бы бунт, если бы не умудрялись где-то как-то доставать спирт и глушить его безбожно долгими трясущимися поездатыми вечерами.
В самом хорошем расположении духа была Вероника, особенно поначалу, пока не утомилась долгой поездкой по захолустью. Она предвкушала своё шикарное появление в Рубиновске и с трудом могла унять благодатную волнительную дрожь в теле. Она даже рассказала Супругу, что главный доселе шоу-мэн страны, по слухам, сбежал заграницу, а Вероника очень внимательно следила за этими слухами, и что больше такого масштабного человека в столице нет, поэтому Юра, дескать, может вполне занять ведущие позиции во всём этом элитном безобразии. Юра не очень понял, о чём речь, не очень оценил такую перспективу, потому что слова «шоу-мэн» и «олигарх» внушали Юре большие сомнения, но то, что Вероника пророчит ему, Юре, какие-то высоты, Юра понял и очень одобрил.
Итак, Армия Дуболомов выступила в масштабный поход.
Юра очень надеялся, что слух о нём разнесётся по всей столице, и что все средства массовой информации будут говорить о нём, тем самым, предвосхищая его появление. И надеялся он не напрасно. По стране, действительно, очень быстро разошлась информация о невиданном военном шоу, которое покоряет город за городом и надвигается на столицу. Какая-то чудесная необычная армия удивительных солдат по прозванию Армия Дуболомов блестяще выступает на главных площадях городов и руководит этой Армией бывший бизнесмен Юрий Вениаминович Дюшес – правая рука мэра города N. Правда, некоторые средства массовой информации позволяли себе сообщать публике, что это Ансамбль Воинской Песни и Пляски под управлением Урия Джуда, уроженца какой-то горной республики, и что, вроде как, народ приходит смотреть на это зрелище только потому, что его, народ, туда силой заставляют идти или наливают по сто грамм при выходе. С такими «клевещунами» известно как расправляться – несколько грамм тротилового эквивалента в письменный стол главному редактору.
Однако, расправляться со всеми будем позже – когда до кривдорубов доберутся длинные руки командующего «ансамблем песни и пляски», а сейчас Юрий Вениаминович Дюшес трясётся в шикарном вагоне собственного поезда, следующего по жёлтой ветке железнодорожных путей, и курит трубку, разговаривая с Дребездуном.
А в столице в это время собирает экстренное совещание главный редактор газеты «Жёлтые ведомости» Василий Павлович Страшилин.
- Я, конечно, понимаю, что он очень важный человек – занятой и недоступный, но твоя задача была не просто выяснить расписание гастролей этого военного театра, а взять интервью у самого руководителя! – строго выговаривал Страшила одному из лучших своих репортёров Рудольфу Бианкину.
Ещё на этом совещании, помимо главного редактора и лучшего репортёра, присутствовали следующие лица. По порядку. Первый сидящий за столом совещаний - заместитель Василия Павловича Страшилина – Сергей Сергеевич Точечкин. Потом бывший специалист по связям с общественностью И.Б.Гудвина - некто Ринат, с некоторых пор работающий в издательстве самой популярной в стране газеты. Ещё несколько штатных журналистов. Один внештатный корреспондент. И бабушка главного редактора - Капитолина Карповна Воронина.
Совещание началось с того, что лучший репортёр Рудольф Бианкин сделал коротенький доклад о планах Армии Дюшеса, после чего главный редактор Рудольфа маленько пожурил за нерасторопность, потом воцарилась неловкая тишина на несколько минут, а потом Страшила продолжил:
- Вот, например, присутствующая сегодня здесь, Капитолина Карповна считает, что здесь что-то нечисто! Сейчас мы выслушаем её мнение, потому что это мнение нашего читателя и оно нам очень важно, а потом вместе обмозгуем сложившуюся ситуацию. Понятно? Пожалуйста, Капитолина Карповна. Вам слово!
- Да... Это ж как его... Чего я хочу сказать-то? Вот я чего хочу сказать, Васенька! Бабуси наши говорят, что ОН - руководитель ихний, взаправду убивает солдатиков во время показа! И я, Васенька, им верю! Вот уж что – что, а тут врать бабкам - нет выгоды!
- А откуда Ваши источники берут такую информацию? – осведомился Страшила у бабушки.
- Как это откуда?! – удивилась бабушка и даже слегка подпрыгнула на стуле. – Слухами, милый мой, земля полнится! Приехала к Ирине Николаевне давеча племянница из Загубленных Выриц и говорила, что сама была на концерте, и что там стреляли по-настоящему... по-сурьёзному, а убитых и раненых потом уносили с площади! Да, вроде, даже кто-то видел, как их ночью закапывали за городом!
- Так – так... - задумчиво произнёс Страшила и взял в руки карандаш. – Об этом мы обязательно напишем... Завтра же и на первой полосе... Но! Ты, Рудольф, поедешь навстречу этому Театру Военных Действий! Под любым предлогом проникнешь в их закулисье! Всё выяснишь! Возьмёшь интервью у руководителя! И будешь ежедневно с нами на связи! Мы будем каждый день освещать эти гастроли! Потому что нашего читателя, как видите, это очень интересует! Всем всё понятно?
Пока Страшила говорил эту речь, он, для большей убедительности и важности, стучал карандашом по столу. И убедительный строгий тон Страшилы, и его неподражаемая серьёзная манера говорить, и постукивающий по столу карандаш – всё это вместе дало свои результаты: всё всем было понятно. С первого раза.
Правда, неразумный Ринат спросил-таки: «Васенька Павлович, дружочек, я могу сегодня уйти пораньше? У меня абонементик в салончик!»
На этот вопрос Страшила ничего не ответил, а только сурово глянул на вопрошающего. Из этой инсценировки всем присутствующим было понятно, что Ринат – великий засранец и дюже он, чёрт волосатый, достал главного, но уйдёт он сегодня, как всегда, пораньше.
И все разошлись по своим кабинетам и офисам. В кабинете Страшилы осталась сидеть только бабушка – Капитолина Карповна. Страшила ещё некоторое время сидел молча, глядя в свой ежедневник и постукивая карандашом по столу, а потом очнулся, поднял глаза и увидел свою бабушку, которая сидела за совещательным столом на прежнем месте и во все глаза смотрела на внука.
- Ты чего, ба? – спросил Страшила бабушку.
- Так я это, Васенька... Мне-то чего делать-то?
- Как это чего? – деловито начал Страшила. – Собирать информацию! Ты сейчас же идёшь домой!
- Так, - кивнула бабушка и на всякий случай выпрямила спину для более глубокого понимания боевой задачи.
- Находишь Ирину Николаевну!
- Так, - кивнула бабушка и прищурилась.
- А лучше даже её племянницу!
- Угу, - согласилась бабушка и придвинулась поближе к внуку.
- И выясняешь у неё как можно больше информации об этих выступлениях!
- Эт я могу! – одобрила план действий бабушка.
- Да и ещё! Поспрашивай других соседей – возможно, они тоже обладают какой-либо информацией. Для нас важны любые мелочи!
- Так точно, Васенька! – бодро отреагировала бабушка и вскочила с места. – Ну, тогда я побежала? На разведку!?
- Беги, ба, беги! – разрешил Страшила бабушке приступать к выполнению боевой задачи.
И Капитолина Карповна выскочила за дверь. Но через три минуты голова гражданки Ворониной снова показалась в щели между дверью и дверным косяком и сообщила:
- Васенька, а ведь можно заставить Фёдоровну, чтобы она позвонила своей дочери в Грёбанск! Там скоро будет эта Армия выступать – пусть дочь походит там, посмотрит, последит! Ась!?
- Пусть. Но только пусть будет очень осторожна! Дело не шуточное!
- Ага! – обрадовалась Капитолина Карповна, подпрыгнула и полетела по длинному коридору редакции, широко расставив крылья расписной ажурной шали.
А Страшила опять задумался. Горожане чрезвычайно живо интересовались новостями по поводу этого необычного представления и если освещать его каждый день, то есть шанс быть ещё более раскупаемой газетой, хотя бы, в этом сезоне. Тут Страшила не промахнулся. Нутром чувствовал, что дельце необычное и тиражное. Не зря же он, Страшила, мега – мозг!
Так осуществилась надежда Юрия Вениаминовича Дюшеса в плане рекламной кампании. В Рубиновске о нём заговорили и заговорили на первых полосах.
Вернёмся, однако, к Армии Дуболомов.
Через три дня гастролей Армия оказалась в городе Ж, где не оказалось главной площади города. Но Юрию Вениаминовичу и его Армии было предложено выступить на взлётной площадке бывшего аэроклуба. Пришлось изрядно потрудиться, всё тем же солдатам Армии Дуболомов, чтобы привести площадку в годный для выступления вид. И на это ушло два дня. Юрий Вениаминович очень сердился на своих солдат за нерасторопность и хотел всех их перестрелять, но тогда пришлось бы отменить выступление, а на это Юрий Вениаминович пойти не мог.
Была ещё одна неприятность, связанная с этой площадкой. С одной своей стороны эта площадка заканчивалась глубоким каменисто – песчаным рвом. Собственно, почему когда-то и перестали по этой площадке бегать самолёты. Образование рва было следующее: грунтовые воды подмыли почву и почва начала оседать, грозясь в скором времени разрушить и площадку. Вызвали специалистов, что-то где-то измерили, что-то где-то прослушали и стали копать, чтобы докопаться до сути и ликвидировать очаг разрушения, а также - предотвратить тресканье ровной асфальтированной «беговой дорожки самолётов». Копали, копали. Копали, копали. Технику всю покорёжили, деньги все пропили, ливер все напрочь посадили, а до сути чего-то не докопались. Плюнули на это дело: «В стране вон - сколько нищих пенсионеров, а мы тут будем спасать какой-то дурацкий аэроклуб!» и уехали.
Специалисты уехали, клуб со временем закрылся и запустился, а глубочайший ров, состоящий из песка, глины, камней и кое – где произрастающей жизнеспособной зелени остался.
И ров этот находился как раз в той стороне, в которую должны были уходить парадные колонны ровными рядами. Если развернуть направление парада, то непонятно откуда будут выходить эти колонны, да и надо тогда переделывать весь сценарий и менять позиции для рокировок. Вовсе не уходить с площади – тоже не пойдёт – надо красиво уйти, чтобы шоу выглядело завершённым. Что же тогда делать? Как спасти зрелищность? Поначалу Юра хотел приказать засыпать ров, но местные организаторы объяснили, что засыпать его нечем – и действительно, в округе не было ни одной гигантской кучи земли, песка или глины. Тогда Юра решил ликвидировать всех местных организаторов, но вовремя понял, что это делу не поможет, да и лучше ликвидировать их после выступления и с наслаждением бросить их тяжёлые мягкие тушки на дно этого крутого рва. Может быть, ликвидировать Товарища Припарщика? Какого, на, он не подсуетился, на? Да Жека где-то бегал по своим снабженческим делам или, что скорее всего, по брючным делишкам и вовремя не оказался на месте. Юра очень измучился и сильно устал мозгом, решая как бы ему спасти шоу. И верное решение, достойное настоящего Товарища Главнокомандующего, таки, пришло в удивительную, плохо понимаемую окружающими, черепную коробку! Вот оно - это решение: «А пусть идут, на, и падают, на, в ров, на!»
В самом-то деле! Зрелищность не страдает – видно, что парад торжественно уходит! А куда и как он уходит никого не должно волновать! А если кто-то и увидит, куда валится Армия, так это ж даже и зрелищнее – будут восхищаться – вот, дескать, настоящие солдаты, а не рыночная размазня! Так Юрий Вениаминович и объявил Дуболомам на репетиции. Недовольных не оказалось, потому что была одна только альтернатива – плюхнуться прямо сейчас в ров с пулей в башке.
Таким вот чудесным образом и покинули ровные шеренги выступающих на параде воинов демонстрационную площадь - валясь одна за другой в глубокий крутой ров. Для следующего по программе театрализованного представления военных действий обратно изо рва выползли не все. Те, которые выползли, были взлохмачены, исцарапаны, а многие прихрамывали. Но от этого действо только выиграло – очень получилась натуральная война. А уж, с какими лицами, ненавидевшими неприятеля, бросались воины друг на друга – это даже не передать никаким устным описанием. Публика была, как говорится: «В ауте!». Юрий Вениаминович довольно курил трубку, а Дребездун орал: «Уррррра, товарищи!»
Правда, пришлось задержаться в городе Ж на пять дней, потому что с тем войском, которое было способно выходить на парад после «красивого ухода в ров», невозможно было дальше гастролировать. Пришлось подлатать тех воинов, которые были, и набрать новых - из местных.
Через пять дней снова пустились в путь. И следующим гастрольным городом по расписанию был городок, в котором водились бритоголовые молодчики из группировки «Скорейшее Спасение Страны».
Юрий Вениаминович, естественно, ничего не знал о существовании в городе таких тварей. Поэтому, прибыв в город, действовал согласно отработанному заранее плану – осмотр площадки для выступления, проверка прочности трибуны (всегда ждал диверсии), генеральная репетиция, знакомство с администрацией города и серьёзный доверительный разговор с медвежьей шкурой перед выступлением.
Всё, вроде, было как обычно, а диверсия, всё - таки, произошла. Сначала всё шло благополучно – парад маршировал, радуя глаз Юрия Вениаминовича, но потом вдруг к Юре подскочил Жека и сказал, что к площади движется внушительная толпа каких-то тварей.
- Что, на, за твари, на!? – сердито рявкнул Юра.
- Хз, босс! Гопники какие-то, но их много и они с арматурой!
- Это скинхеды! – с ужасом вскрикнул губернатор города.
Присмотревшись, все на трибуне увидели, что толпа зрителей равномерно расшвыриватся по сторонам в такт льющейся реке сизых головёшек и на солнце сияют стальные прутья, цепочки и прочие атрибуты бритоголовой армии.
- И что, на, это значит, на? – проорал Юрий Вениаминович и гневно сверкнул глазами на губернатора.
- Надо бы сваливать... - скромно сообщил губернатор и вжал голову в плечи.
- Сваливать, на!?!?! Юрию Дюшесу, на!?!?! - спросил Юра и глаза его вылезли из орбит. Спрашивая, Юра расстёгивал свой парадный френч – в такт проговариваемым словам. Потом Юра достал из кобуры, всегда находящейся на теле, огнестрельное оружие. Предупредительно прокричал: - Я вам сейчас покажу «СВАЛИВАТЬ»!!! - И выстрелил губернатору в ногу.
- А ну-ка, на, попробуй, на, теперь свали, на! Тварь, на! – злорадно крикнул Юра корчившемуся на полу губернатору. А потом развернулся к своей Армии и дал клич к бою.
Клич, в общем-то, был уже не нужен. Потому что Армия Облезлых Тигрозубов уже достигла площади и уже схлестнулась с Армией Дуболомов – не на жизнь, а на смерть. В публике же творился полнейший хаос – кто-то в панике убегал, а кто-то с азартом смотрел на всё происходившее. Было, действительно, очень зрелищно! Юрий Вениаминович засмотрелся – глаз было не оторвать. Даже забыл про валяющегося рядом губернатора и не слышал его стонов и криков. А помочь губернатору было некому, потому что замы все сбежали первым делом – как крысы с тонущего корабля, а Товарищ Припарщик был тоже целиком и полностью захвачен сценой боя. Юрий Вениаминович, глядя на месиво, происходившее внизу, только играл скулами и постукивал трубкой по перилам трибуны, а Товарищ Припарщик постоянно выкрикивал разнообразные фразы, такие как: «Ой, бля, Витька жалко!», «Ну тебе на что кинжал даден, урод?! Чего кулаками-то машешь?!», «Вот твари дают! Ох*евшие совсем!» и ещё много всякого.
Вот это было шоу! В результате этой бойни Армия Тигрозубов вынуждена была бесчестно покинуть поле боя, потому что, хоть численного перевеса ни на чьей стороне не было, а у противника было огнестрельное оружие, которым противник умело пользовался – с этим нельзя было не считаться.
Юрию, же, Вениаминовичу пришла в голову мысль. Озвучивалась эта мысль так: если, например, стравливать на «поле боя» злейших врагов, то шоу будет непревзойдённым. И ещё Юрий Вениаминович, когда производил новый набор в свою Армию, подумал – не взять ли ему десяток озверевших тварей с собой – такие воины всегда в цене. Но потом передумал, потому что если эти «воины» попёрлись с арматурой на вооружённую огнестрельным оружием Армию, то, как не хрен делать, они попрутся с этой же арматурой и на него самого, а такой расклад Юрию Вениаминовичу был не с руки. Поэтому Товарищ Главнокомандующий решил, что позже расквитается с тварями, а сейчас ему надо двигаться дальше и, вообще, ему сейчас не до «лысых, на, ублюдков, на».
И через несколько дней подновлённая и подлатанная Армия Дуболомов двинулась дальше.
А в следующем городе Армию Юрия Вениаминовича снова ждала напасть. Нет, выступление не сорвалось и не пострадало. Всё прошло очень слаженно, бодро и интересно. Публика была в восхищении и вызывала бойцов «на бис!» семь раз. Довольный таким длительным и шикарным выступлением, Юрий Вениаминович разрешил Дуболомам сегодняшним вечером отдохнуть. Правда, способы расслабления Юрий Вениаминович указал сам – собственная инициатива в Армии Юрия Вениаминовича никак не приветствовалась. Например, можно было пойти искупаться в речке, которая здесь была очень широкая и красивая. Можно было поиграть в настольные игры. Или можно было почитать художественную литературу про подвиги разведчиков, про партизанские войны и способы их подавления, про историю развития воинского дела и исторические романы с военными баталиями.
Само собой, что Дуболомы выбрали купание в реке и все дружно рванули к водоёму. А где купание, там и шашлык, где шашлык, там и водка, где водка, там и девки.
Дело близилось к вечеру, и сумерки поглотили город и пляж. Однако большой и яркий плакат, извещающий весь пляжный участок о том, что купание в реке запрещено, был хорошо виден и в сумерках. Из любой точки пляжа.
Но что для настоящих пацанов значит слово «Запрещено!»? А ничего оно не значит! Вернее, оно всегда значит: «Чего, бля, слабо!?» Поэтому настоящие пацаны, они же солдаты Армии Дуболомов, отважно, все как один, кинулись в воду, бросая вызов своей нелёгкой, но крутой судьбе. И, в принципе, пацаны неплохо провели время. Обкупались. Обожрались. Обпились. Обсношались. А поутру пришла расплата...
Купаться в реке, действительно, было запрещено. Плакат этот не был плодом фантазии пьяного спасателя или злобного врача СЭС. Плакат этот говорил чистейшую правду. И, на этот раз, правда была очень серьёзной. В реке, а особенно в её заводях, сытно жила и активно развивалась какая-то угрожающе опасная бацилла. Специалисты, проведя исследования, выяснили, что половина жителей города беспрерывно дрищет не сама по себе, а именно с помощью этой бациллы, проникающей в желудки купающихся посредством заглатывания последними речной воды. Поэтому, сразу после проведённых исследований, вода в реке была объявлена угрожающей здоровью, и купаться в реке было строго – настрого запрещено, о чём и вывесили, где могли, плакаты.
Конечно же, многие жители города плевать хотели на эти плакаты и всё равно купались в страшной реке – жарко же... Многие жители города и его окрестностей вообще слыхом не слыхивали о каких – либо запретах и предупреждениях. И, надо сказать, что многих игнорирующих указки администрации, бацилла и не брала. Но вот солдат дуболомной Армии зараза эта, таки, подкосила... Не смотря даже на приличную дозу спирта, вылитого сверху на эту речную гадость. Утром не случилось никакого похмела. Все Дуболомы с самого раннего утра сидели под кустами прибрежного леса и смачно удобряли землю – матушку жидким стулом, с ужасными муками на серых злых лицах.
Юра был в бешенстве. Он рвал и метал. Но, к всеобщему удивлению, никого не ликвидировал. Во-первых, такое наказание, которое испытывали на себе Дуболомы в данный момент, уже было весьма и весьма. А во-вторых, где сейчас найдёшь замену, если половина молодняка в городе сидит по своим сортирам и боится лишний раз чихнуть?
Так вот и задержалась Армия Дуболомов в городе на реке дней на пять или на семь, пока не отпустило. А потом двинулась дальше, сильно исхудав и позеленев. А Юрий Вениаминович теперь, когда говорил своим солдатам: «Пошевеливайтесь, на, засранцы, на!», очень и очень радовался, потому что обращение это приобрело для него совсем другой смысл – юмористический - так считал Юрий Вениаминович.
А жёлтая железнодорожная ветка вела Юрия Вениаминовича всё ближе и ближе к Рубиновску. И казусы всё имели место быть...
Как-то в одном городе Юрий Вениаминович гнал по утру своих солдат к главной площади на генеральную репетицию. Солдаты ровной колонной шли впереди, а Юрий Вениаминович шёл сзади колонны. Накануне Юрий Вениаминович, споткнувшись, потянул себе левую ногу и теперь он немного прихрамывал, поэтому бодро и чётко идти впереди колонны он не мог, а от машины отказался, потому что считал, что полезно будет размять ногу разумной прогулочной нагрузкой.
Так вот и плёлся, хромая, позади своей Армии Юрий Вениаминович. И почувствовал, что очень устал. Не желая больше мужественно бороться с недугом, Юрий Вениаминович решил, что надо бы остановить Армию и сказать Товарищу Припарщику, чтобы нашёл и пригнал машину. Юрий Вениаминович толкнул крайнего Дуболома и сказал ему:
- Передай, на, вперёд, на, чтобы Армия, на, остановилась! И чтобы Товарищ Прапорщик, на, подошёл, на, ко мне!
Крайний Дуболом, уставший и до чёртиков злой, не жалея сил, толкнул кулаком в спину предпоследнего крайнего Дуболома и начал:
- Передай...
Предпоследний дослушивать не стал. Он понял, что по какой-то причине, не известной или известной начальству, и до которой ему нет дела, последний крайний взбесился и наезжает на него – предпоследнего крайнего. А ему, предпоследнему, злому и задолбавшемуся, только этого и надо. Поэтому, со словом: «Передай!» предпоследний крайний долбанул со всей дури кулаком в спину впереди идущего. Удар получился сильнее, чем был удар до этого.
- Передай! – крикнул следующий и стукнул кулаком предыдущего так, что тот пошатнулся.
- Передай! Передай! Передай! – раздавалось по цепи, и удары становились всё сильнее и злее.
Дуболомы пришли в азарт. Кулаки только так и колотили по спинам, некоторые Дуболомы падали...
Много времени прошло, прежде чем Юрию Вениаминовичу удалось навести порядок, уничтожив «идейных вдохновителей бунта» и израсходовав кучу патронов для предупредительных выстрелов в воздух.
После генеральной репетиции Юрий Вениаминович всех наказал. Заставил чистить до блеска железнодорожный состав Армии Дуболомов, включая локомотив.
Уже, наверное, понятно, что обо всех злоключениях Армии Дуболомов Страшила быстро узнавал от «связистов» Капитолины Карповны и от Рудольфа Бианкина, который следовал по пятам Армии и безуспешно пытался напроситься на интервью с Товарищем Главнокомандующим.
Случай со рвом заставил Страшилу задуматься о том, что положение вещей в Армии ещё серьёзнее, чем говорила бабушка, и что Юрий Вениаминович Дюшес просто какой-то тиран. Но когда через несколько дней пришло известие о разгульном купании в речке и о том, что Дуболомы были заботливо вылечены, Страшила понял, что тут не всё так просто и что Юрий Вениаминович тот ещё фрукт. Одно было понятно однозначно – никакие препятствия не остановят этого Главнокомандующего на его пути к Рубиновску.
Работа по освещению продвижения Армии Дуболомов по стране в редакции газеты бурно кипела каждый день. Капитолина Карповна ежедневно принимала рапорты своих «связных» и поставляла внуку свежайшую информацию. Рудольф Бианкин каждый день был на связи с редакцией - звонил и передавал необходимые скандальные детали, а также присылал информацию по электронной почте, если находил в городах выход в Глобальные Сети. Ренат то и дело вздыхал и мечтательно говорил: «Такая куча мальчиков...Бедненькие...»
Информация со всех сторон так и мчалась в город. Страшила и его служащие старательно собирали эту информацию, обрабатывали её, придавали ей лоску и изысканности, а то и страху и кровавости, и запускали её, отшлифованную, в массы.
Подбираясь всё ближе и ближе к столице, Юрий Вениаминович был в курсе, что Рубиновск о нем знает и очень много говорит. А также знал, что в самой популярной газете столицы пишут о нём мало положительного и много нехороших вещей.
Надо было добраться до Рубиновска прежде, чем эти писаки позволят себе написать что-нибудь совсем криминальное. Добраться и провести разъяснительную работу с сотрудниками газеты. Вот чем ещё озадачился Товарищ Главнокомандующий.