А тем временем, пока мы с вами удивляемся: «Надо же – как бабка хорошо устроилась!», в город Рубиновск на новый и очень помпезный железнодорожный вокзал прибыл частный, сверкающий нереальной чистотой, поезд. Из поезда этого вышел важный человек с суровым лицом и трубкой в руках, которому две размалёванные девицы, сильно стилизованные то ли под развратные заварные чайники аля гжель, то ли под несуществующую эротическую старину, вручили «хлеб – соль», и которому мэр города Рубиновска пожал стальную холодную руку.
До столицы добрался Юрий Вениаминович Дюшес...
Мэра города передёрнуло и от тяжёлого взгляда гостя и от железного рукопожатия. А потом из вагона вышла женщина в меховом манто с вышивкой, хотя температура воздуха в столице в тот день была около тридцати двух градусов в плюс, и мэра города передёрнуло в третий раз.
- Моя супруга, - представил женщину суровый человек.
- Здравствуйте, господин мэр, - вальяжно произнесла женщина.
- Оч п-приятно, - заикаясь, пролепетал мэр, и вяло пожал руку женщины пухлой потной лапкой. – Рады приветствовать Вас и Вашего супруга в нашем городе! Пожалуйста, пойдёмте! Нас ждут машины!
Суровый человек важно пошёл в указанном ему направлении, чуть позади человека также важно вышагивала его супруга, взирая на окрестности с необыкновенным чувством собственного достоинства, а мэр города и его помощник отстали от важно шествующих персон на несколько метров.
- Григорич, это Верка – минетчица или я ополоумел совсем? – процедил сквозь зубы мэр, обращаясь к своему помощнику.
- Не знаю, шеф. Не должна быть, - так же сквозь зубы процедил помощник. – Может опять сестра?
- Господи! Сколько же их – блядей с идентичными рылами? – шепотом простонал мэр города.
- Ну а чего!? – приободрился помощник и даже слегка повысил голос. – По-моему, так очень эрогенно!
- Тсс! Тише! – прошипел мэр. – Во-первых, эротично, болван! А во-вторых, уж не заговор ли это какой?
- О! – ещё больше оживился помощник. – Точно! Люди в чёрном! И всё такое! Захват города клонами шлюх! Вот это тема! – и помощник набух ширинкой, размечтавшись.
- Идиот маниакальный! Помалкивай пока, на всякий случай! – прошипел мэр и прибавил ходу, чтобы догнать сурового человека.
Догнав сурового человека, мэр города принюхался к дыму, исходящему из трубки гостя и забыл чего хотел сказать... Потом вспомнил, прихватил человека за локоть и сказал:
- Мы сейчас покатаемся по городу! Посмотрим достопримечательности! Я Вам всё покажу – расскажу! У нас тут специальная машина для этого есть – Вам очень понравится! Пару часиков поездим, а потом в отель! Как Вы? Не очень устали?
- Не очень, - сухо ответил человек и оторвал лапку мэра от своего локтя. – Я хочу осмотреть первым делом главную площадь!
- Это естественно! Все гости нашего города хотят осмотреть первым делом именно её! – согласился мэр.
- Мне нет дела до гостей города, - отрезал суровый человек. – Я буду там выступать!
- На главной площади? – опешил мэр. – Но для этого нужно...
- Что? Специальное разрешение? – перебил суровый гость мэра своим вопросом и так глянул мэру в глаза, что у последнего лопнули подтяжки брюк спереди, больно царапнув мэра по пузу. – Какие-то есть проблемы?
- Нет, нет, - заверил мэр гостя, морщась и поглаживая пузо. – Не думаю, что тут есть какие-то проблемы. Просто уйдёт время на подготовку.
- Я не тороплюсь, - сказал гость и взял трубку в рот.
Тем временем, вся эта делегация вышла из здания вокзала, спустилась по ступеням, и мэр подвёл гостя к необычной чёрной машине, сказав, что это эксклюзивная экскурсионная машина города Рубиновска. Машину гость сразу оценил, потому что она была большая, чёрная, солидная, блестящая и с красными бархатными диванами. Но главное – машина была ни на что не похожа... То ли «Победа», то ли не «Победа», то ли импортная, то ли отечественная, то ли старинная, то ли шик-модерн. В общем, гость сразу понял, что эта машина для настоящего Товарища Главнокомандующего.
В машину сначала запихнули шкуру медведя, которую всё это время нёс помощник гостя, обливаясь солёным водопадом. Аккуратно и заботливо шкуру расстелили. А потом туда, в машину, поместился суровый гость, за ним залез мэр города, за мэром в машину залез помощник мэра, а помощник гостя сел на сидение рядом с водителем. Можно было уже трогать, но гостю не понравилась теснота, которая образовалась после заполнения заднего сидения двумя объёмистыми тушами представителей города, и гость потребовал, чтобы помощник покинул салон. После некоторых разногласий и скромных прений, помощник мэра машину покинул и пересел в одну из иномарок, стоящих сзади и наполненных «людьми в чёрном». Но в эксклюзивную машину тут же запихнулась супруга гостя. Поскольку супруга занимала не так много места, то гость как будто удовлетворился. И машина тронулась.
- Позвольте для начала представить, - начал обзорную экскурсию по городу мэр, - нашего водителя. Это самый знаменитый шофёр в городе – Дмитрий Севастьяныч. В узких кругах его зовут «Железякой», потому что вот это чудо, в котором мы сейчас находимся, Дмитрий Севастьяныч смастерил собственноручно!
- Очень хорошая машина, - сказал гость. – Я бы хотел всегда перемещаться по городу именно в ней.
- На время гастролей? – уточнил мэр. – Думаю, это можно организовать. Да, Димон?
- Всегда перемещаться по городу именно в ней, - повторил гость, сделав ударение на слове «всегда».
- Взять напрокат? Купить? – переспросил мэр, не совсем поняв слово «всегда». Напрокат – не вопрос! Чего скажешь, Дим?
- Ну не напрокат, допустим, - невозмутимо ответил Железяка. – А нанять водителя с личным автомобилем на какое-то время. Это можно. Указывайте график, срок и оплату – будем вести переговоры.
- О как! – не без гордости выдал мэр и лукаво посмотрел сначала на гостя, а потом на его супругу. Посмотрев на супругу и увидав, почему-то, только её алый рот, мэр города содрогнулся верхней частью корпуса и быстро отвёл взгляд.
Помощник гостя тоже сразу оценил поведение шофёра, одобрительно гыкнул, протянул шофёру руку и сказал: «Жека!»
- Позже посмотрим... - загадочно ответил гость.
Обзорная экскурсия по городу ограничилась только осмотром главной площади. Всё на площади было именно так, как Юра Дюшес видел на картинках. Немного попроще, чем Юра видел в своих фантазиях, но вполне подходяще для триумфа. Юрий Вениаминович тщательно осмотрел все мелочи и закутки, всё проверил и показал мэру, откуда будут выходить воины, куда они будут уходить, и как будут распределяться на площади театрализованные бои. Самой главной своей задумкой Юрий Вениаминович с мэром не поделился. В планах Юрия Вениаминовича было шокировать, удивлять и покорять.
- Ну что ж? Весьма и весьма грандиозно, - приговаривал мэр.
А помощник мэра, обмахиваясь летней кепкой, всё время повторял: «Мощно!» и «Пафосно!»
- Есть, может быть, какие-то особые пожелания? – спросил мэр, когда «обзорная экскурсия» подошла к концу.
- Да. Мне нужна отличная реклама в газете «Жёлтые ведомости». Я даже дам, пожалуй, интер...интер...
- Интервью? – подсказал мэр.
- Да. Интер-вью у меня возьмёт главный в газете. Интер-вью обязательно. И главный тоже обязателен.
- Хм, - удивился мэр такой просьбе. – Я понял. А ты понял? – обратился мэр к своему помощнику.
На том делегация и разошлась. Вернее, отвезли с шикарным эскортом, гостя со шкурой и супругой в отель в номер экстра-люкс. Помощника гостя к поезду, где его ждали испарившиеся Дуболомы, а мэра по мэрским делам. Вечером договорились, правда, встретиться за ужином.
А на следующий день начались тяжелые трудовые будни Армии Дуболомов. Каждое утро главную площадь города оцепляли, не подпуская никого к ней и на расстояние выстрела, и каждое утро Юрий Вениаминович подолгу гонял туда-сюда своих Дуболомов, сильно крича, и негодуя на их непонятливость.
Стрелять направо и налево, ликвидируя засранцев, в самом центре столицы Юрий Вениаминович пока стеснялся. Мог бы, но пока было несколько непривычно. Уж больно площадь большая. Да и воображался всё время Юрию Вениаминовичу огромный глаз Верховного Главнокомандующего, который, как казалось Юрию Вениаминовичу, неусыпно следит за ним в этом городе, даже в сортире номера отеля, а уж на главной площади главного города тем паче.
В один из тренировочных дней, сразу после репетиции, Железяке велели отвезти Юрия Вениаминовича в редакцию газеты «Жёлтые ведомости», где гостя нетерпеливо ждал главный редактор, слегка озадаченный звонком помощника мэра. Юрий Вениаминович желал непременно сам посетить редакцию и посмотреть, как там всё устроено. Железяка лихо притормозил у главного подъезда и сообщил то ли гостю, то ли его помощнику:
- У меня здесь кореш работает! Да и не один, вообще-то! Но главный ихний – это мой самый – самый чёткий дружище!
- Тем лучше... - опять очень загадочно отреагировал гость и вышел из машины.
Гостю не нравился Железяка. Он вёл себя, во-первых, свободно. А во-вторых, опять позволил себе в дороге жуткую вольность – спросил у Юрия Вениаминовича: «Так чего там насчёт оплаты?». А когда помощник гостя заверил шофёра: «Да не боись – сочтёмся!», гость позволил себе вообще лишку! За такое и пулю в затылок получить не грех! Нахальный столичный шоферюга заявил:
- Хе-хе...Да, я, просто, ребята, за «так» уже давно не катаю! Или давайте прайс для обсуждения или пересаживайтесь на мерседесы! Такая у меня политика!
Засранец, на! Юрий Вениаминович ещё в первую встречу с Железякой решил, что парню должно плохо зажиться в ближайшее время, а сегодня убедился в этом на сто девяносто девять процентов.
Но сейчас на повестке дня был коллектив гадкой газетёнки во главе с их предводителем – тоже, кстати, потенциальные «скорые не жильцы».
- Добрый день! Василий Павлович – главный редактор газеты «Жёлтые ведомости»! – сообщил Страшила гостю, когда тот появился в дверях секретарской, и протянул руку.
Гость стальным зажимом ухватил ладонь Страшилы и сурово отчеканил:
- Юрий Вениаминович Дюшес, на! Для Вас, на – Товарищ Главнокомандующий!
- Главнокомандующий?! – удивился Страшила. – Ну, давайте пройдём в кабинет и там обо всём поговорим.
- Останься, на, здесь! – скомандовал Товарищ Главнокомандующий своему помощнику, и тот сразу же завалился в кресло, с отвращением посмотрев на секретаря.
- Присаживайтесь, - предложил гостю Страшила и тут же перешёл сразу к делу. – Вы сказали «Товарищ Главнокомандующий» - что это значит, Юрий Вениаминович?
- А на что, на, это похоже? – ответил гость.
- Но Ваша Армия – это театр. Театр Военных Действий – если хотите. Почему Вы представляетесь, как будто служите в реальной действующей армии нашей родины. Вы военный?
- Я представляюсь так, на, как считаю нужным, на! Это, на, моё личное дело!
- Понятно. Вошли в образ... Станиславский... Система... Всё такое... - рассеянно подытожил тему Страшила. – Ну, хорошо! Продолжим. Мне звонили из мэрии и сказали, что Вы хотите дать интервью. И именно нашей газете. И лично мне. Вы хотели сделать какое-то заявление? Что-то важное мне сказать?
- Хотел, на, глянуть, на, как вы тут живёте, - ответил гость.
- Зачем? – деловито поинтересовался Страшила.
- Читал, на, вашу писанину, на! – слукавил Юрий Вениаминович, но очень грозно и убедительно.
- Что-то показалось Вам не совсем верным? Вы можете опровергнуть всё, что мы не так осветили. Прямо сейчас. Уверяю – завтра же это появится в газете, и все узнают Вашу правду, - заверил гостя Страшила.
- Появится, на! Никуда не денется! – рявкнул Юрий Вениаминович.
Потом Юрий Вениаминович достал из своего кожаного портфеля бумагу, на которой был распечатан текст. Он протянул бумагу главному редактору и приказным тоном сказал:
- Напечатайте, на, в газете вот это!
- Что это? – спросил Страшила, беря лист у гостя. Потом бегло пробежал лист глазами и сказал: - Я могу это опубликовать, как Ваши слова?
- Опубл... опубл, бляха – муха!... делай, что хочешь, на! Но чтобы завтра это можно было прочесть в твоей, на, газетёнке, на! Прямо с начала, на! Иначе, на, будешь жалеть! И себя, на, и своих пацанов, на!
- Это похоже на угрозу, - спокойно сказал Страшила.
- Это, на, и есть угроза! – ещё больше повысил голос гость и выпучил глаза из глазных оболочек.
Затем гость встал и направился к двери кабинета.
- Ещё один вопрос, Товарищ Главнокомандующий? – крикнул Страшила вдогонку. Гость притормозил, взявшись за ручку двери. – Люди поговаривают, что во время Вашего представления по-настоящему убивают участников шоу. Как Вы можете это прокомментировать?
- Кто говорит, на? – спросил гость, и у Страшилы похолодели конечности, а по спине прошёлся полк мурашек.
- Вообще... Люди...Граждане... - ответил Страшила.
- Все? – уточнил гость.
- Нет, не все. Но слух весьма устойчивый и распространённый!
- Разберёмся, на! – успокоил Страшилу гость и вышел за дверь.
На следующий день из газеты «Жёлтые ведомости» вся страна узнала, что Юрий Вениаминович Дюшес – страшный человек. Что он и говорить-то толком не умеет, заменяя все неизвестные ему слова нецензурными выражениями или намёками на нецензурную речь, но угрожает, тем не менее, очень эффектно и убедительно. Что он приставлял к горлу главного редактора газеты огнестрельное оружие и требовал, чтобы в газете появилась информация, сочинённая кем-то из его безграмотных косноязычных помощничков. Потом была опубликована эта информация в качестве объёмной цитаты. И в конце говорилось, что шоу обещает быть грандиозным, потому что «Наш Провинциальный Генеральчик», похоже, возомнил себя пупом земли и собирается - ни больше, ни меньше – завоевать столицу.
Таким образом, первым человеком в чёрном списке Юрия Вениаминовича стал Василий Павлович Страшилин. Ну, и, конечно же, весь его штат – без нумерации. Вторым по списку шёл самый знаменитый шофер города – Дмитрий Севастьяныч. А дальше список был, видимо, пронумерован, но фамилий в нём пока не значилось – всему своё время. Время от времени в список попадали Товарищ Припарщик и Супруга Товарища Главнокомандующего, но они были скользящими персонами – с места на место и из списка – в список.
Мэр города не знал, как оправдаться перед страшным гостем за такое ужасное поведение СМИ. Оправдываясь, мэр сильно грешил на «демократию» и «свободу слова». Гостя эти доводы мало интересовали, и гость для себя отметил, что мэр, пожалуй, тоже в списке. Но пока без номера. Как-нибудь потом...
Мэр, почуяв настроения гостя седалищным нервом, а такие вещи мэр всегда остро чувствовал и именно этой деталью своего организма, лично позвонил главному редактору газеты. Вставил не малых размеров дыню Страшиле и даже пригрозил, что поводов прикрыть газету «до жопы!» и в следующий раз, окажись Страшила таким же несговорчивым, он, мэр, так и сделает – прикроет лавочку «к чертям собачьим».
Страшила испугался. Половину дня ходил Страшила по кабинету взад вперёд и чего-то боялся. Но когда пришли сведения о сегодняшней раскупаемости газеты, то Страшила забыл бояться. Самое-то главное для журналиста что? Говорить людям правду! А опальный журналист – он, вообще, журналист с большой буквы «Ж»! Тем даже и лучше! Такие настроения шастали в голове нашего мега – мозга...
И вот, собственно, настал день выступления...
Юрий Вениаминович Дюшес тщательно помылся, побрился, надел свою самую любимую парадную форму – коричневого цвета, и, в приятном предвкушении, пошёл на выход. Супруге Юрий Вениаминович не разрешил ехать с ним, хотя та и принарядилась для выхода в свет – сказал, что не бабское дело на парады ходить и в войнах участвовать – отмазался попросту. Запряг дежурного по этажу тащить шкуру медведя до машины и ушёл.
В это время бабушка Страшилы, Капитолина Карповна Воронина, тоже хорошенько намылась, как следует причесалась, одела своё самое строгое платье – серое с чёрными манжетами, воротником и пуговицами, повязала на голову пёстрый шёлковый платок и собралась на выход.
- Ты куда это, ба? – спросил Страшила бабушку, увидев её крадущейся к выходу.
- А я это... на рынок сбегаю, Васенька! – нашлась бабушка.
- Да иди ты, ба! На шоу собралась? – раскусил замысел Капитолины Карповны Страшила. – Погоди, сейчас доем – вместе поедем.
- Не буду годить! – возмутилась бабушка. – Ешь, как следует! Чтобы ничего на тарелке не оставлял! Я на рынок! Не жди меня! – последние слова Капитолина Карповна крикнула уже с лестницы, хлопнула дверью и, не вызывая лифт, слетела по ступеням вниз.
Внизу Капитолину Карповну уже ждали. Человек пятнадцать соседских бабушек. Пересчитав всех ожидающих, Капитолина Карповна повела бабушек на автобусную остановку. На остановке к этой странной делегации присоединились ещё человек тридцать пенсионеров, да и на следующей остановке в автобус зашли старички и старушки и тоже присоединились к товарищам Капитолины Карповны. А когда Капитолина Карповна и её команда прибыли на свой конечный пункт – главную площадь города, то делегация эта переросла в целую обширную демонстрацию, потому что там, на площади, скопилось целое войско пенсионеров.
Некоторые из митингующих достали из своих мешочков портреты Ю. В. Дюшеса, прикреплённые на палки. С портрета этого на присутствующих смотрел страшными глазами карикатурный уродец, перечёркнутый крест – накрест красной краской. Некоторые из митингующих достали самодельные плакаты и развернули их на длинные шеренги участников. Плакаты эти говорили следующее: «Мы фашистов одолели, мы и тебя одолеем!», «Руки прочь от наших сыновей и внуков!», «Убирайся из столицы, убийца!» и «Не дадим сеять смуту!».
Вооружившись таким интеллектуальным оружием, митингующие встали плотной толпой на подъезде к площади и стали ждать приезда врага. Когда машина врага подъехала к площади, Капитолина Карповна дала боевой клич и все митингующие стали нестройно кричать, чтобы гад убирался из города, и кидать в машину несвежие продукты питания. Машина врага очень быстро отъехала, митингующих очень быстро расфасовали по специальным кузовам, но неприятный осадок остался. Надо же – какие-то пенсионеры, а так могут подпортить праздничную обстановку!
К слову сказать, Капитолина Карповна избежала участи многих митингующих – её не успели отловить и не посадили в кузов машины для разъяснительной беседы. Капитолина Карповна ловко затерялась в зрительской толпе, уже собравшейся к тому времени. А потом Капитолина Карповна нашла своего внука и Рудольфа Бианкина на одной из журналистских точек, где всё снималось на камеру и где журналисты делали свои заметки и комментарии, и поведала внуку о случившемся.
Внук был потрясён смелостью своей бабули. Он, конечно, поругал её за то, что она так рисковала своей жизнью и своим благополучием, но сказал, что возьмёт у неё позже интервью и опубликует его вместе с отчётом о шоу, изменив бабушкины имя и фамилию для собственного спокойствия.
А потом началось шоу. И оно было, действительно, зрелищным. Это признали и Страшила, и Рудольф Бианкин и Железяка, смотревший на всё происходящее из-за спины мэра города. Стройное шествие разноцветных взводов! Перемещение солдат, в результате чего, глядя сверху, можно было увидеть причудливые фигуры и надписи! Торжественная музыка духовых инструментов! – всё это впечатляло. А потом начались нешуточные бои, сопровождающиеся кучей взрывов, выстрелов и рукопашных схваток.
И море огня! Это был первый сюрприз от Ю.В. Дюшеса. Море огня! Горело, кажется, всё и везде. Вокруг площади плотной стеной – огонь! В центре площади гигантский очаг возгорания! И там и здесь – огни, горящие танки, мотоциклы, машины, бегающие горящие фигуры. Было жарко, страшно и впечатляюще. А мэр города чуть не потерял сознание от волнения – как же это тушить-то всё!
А потом, когда война была окончена, «наши победили», очаги возгорания были локализованы и пожары потушены, случился салют! Это был второй сюрприз от Ю.В. Дюшеса. Салют случился неожиданно. Все присутствующие испугались не на шутку. Кто свалился на землю, кто присел, кто дёрнулся, кто ухватился за сердце. Но потом все, кого не пришлось срочно госпитализировать, увидели над головой огромные парашюты разноцветных звёздочек, и восторг перебил все страхи, тревоги и волнения. Это было нечто! Мэр вытер платочком испарину на лбу и произнёс, глядя в небо:
- Зашибись!
Город сдался без боя. Вернее, с боем, но с каким! Юрий Вениаминович Дюшес покорил столицу, и это было настолько очевидно, что даже Дребездун сказал с восторгом:
- Дать бы лысому хрену затрещину! Чтобы он кувырнулся вниз!
- Всему, на, своё время, на! – произнёс Юрий Вениаминович, и затянулся чудесным дымом волшебной травы.
- Что, простите? – уточнил мэр. – Я не расслышал...
- Удалось, говорю, представление!
- Это да... - протянул мэр. – Без сомнений!
А Капитолина Карповна, придя в себя после всех выстрелов, огней и салютов, пролепетала:
- Это ж сколько он деньжищ-то угробил, чтобы эдакое действо отгромыхать?
- Да уж не мало, - мечтательно ответил Рудольф Бианкин. – Надо бы выяснить – где он их берёт!
- Чего тут выяснять?! – совсем очнулась от шока баба Капа. – Это моя пенсия!
- На твою пенсию, ба, и одного заряда не купишь, - засмеялся Страшила.
- Это на ту, что мне дают, а на ту, что могли бы давать, да ежели сложить это всё вместе, то можно и не такое наворотить! Это я тебе говорю!
- Как скажешь, ба...
- Так и скажу! И не колдыхайся!
- Как – как, ба? – удивился Страшила, потому что слово ему показалось забавным, и он не мог вспомнить – говорила ли так бабуля раньше. – Повтори-ка!
- Не кол-ды-хай-ся! – членораздельно повторила Капитолина Карповна.
- Какое хорошее словцо! Что оно значит-то?
- Ну, как тебе сказать? – замялась, было, бабуля. – А чёрт его знает! Это я только что выдумала! В сердцах!
- Не кол-ды-хай-ся, - медленно произнёс Страшила по слогам, и видно было, что это слово он запомнил и при случае будет его употреблять. Была у главного редактора такая привычка – услышит что-то забавное, запомнит и повторяет часто. Это придавало его речи очень живой, а иногда и очень учёный оттенок.
И тут надо отметить, что на некоторое время сработал ещё один трюк – сюрприз, о котором даже Ю.В. Дюшес не задумывался – за зрелищностью шоу все напрочь забыли о том, что руководитель Театра Военных Действий – страшный человек. Что, возможно, на площади есть раненные и убитые. Что надо чего-то опасаться. И что надо гнать из города этого самозванца. Все ярые противники сурового гостя столицы очень долго ещё ходили под сильным впечатлением.
Можно было брать тёпленькими... Вот он – Рубиновск – на каком-то блюдце с какой-то каёмочкой...